avangard-pressa.ru

Раздел vi. неинституциональные основы политики - Культура

РАЗДЕЛ VI. НЕИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ

Глава 16. ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Политическое сознание

Понятие политического сознания

В политической сфере характер функционирования институтов власти, формы поведения разнообразных субъектов и все иные проявления активности человека непосредственно зависят и формируются на основе его идей, воззрений, чувств и иных духовных явлений. Наиболее общей категорией, отражающей всю совокупность чувственных и теоретических, ценностных и нормативных, рациональных и подсознательных представлений человека, которые опосредуют его отношения с политическими структурами, является «политическое сознание».Иными словами, политическое сознание отражает все те идеалы, нормы и иные воззрения человека, на которые он ориентируется и которые использует для адаптации к механизмам власти и выполнения в политике присущих ему функций.

Таким образом, по своему содержанию политическое сознание отражает все неинституциональныекомпоненты политической сферы общественной жизни. Тем самым оно показывает, что изменения в деятельности органов власти и управления, налаживании межпартийных отношений и других политических процессах так или иначе обусловлены субъективными позициями элитарных и неэлитарных слоев. Разнообразие подвижных и изменчивых человеческих взглядов формирует разнонаправленные политические процессы, ту стерео-логику политических взаимодействий, которая представляет многообразный поток человеческой жизни в публичной сфере. Эта генетическая зависимость политики от политического сознания превраща-

ционально-нравственных предпочтений: плохо/хорошо, справедливо/несправедливо. В силу такого восприятия политической реальности на этой основе постоянно развивается идеализация политической жизни, рождаются болезненные этнофобии, агрессивность, апатия, бунтарство.

Пути формирования политического сознания сложны и противоречивы. Было бы большим упрощением считать, как полагали марксисты, что оно привносится в массы идеологическими представителями партии и класса. В действительности формирование политического сознания осуществляется в сложном процессе критического осмысления людьми социальной действительности, обобщения и постепенной рационализации чувственных представлений; осознания целей партийного или другого политического движения, присоединения к уже сформированным оценкам и нормам политического процесса; эмоционального приобщения к вере в справедливость тех или иных политических идеалов. Естественно, ни один из названных путей не гарантирует формирования политических воззрений. Это лишь предпосылка для появления способности осуществлять властно-групповую идентификацию. Только практика может дать ответ, возвысил ли человек свои воззрения до уровня политического сознания.

Политическое сознание открыто для восприятия разного опыта, для постоянного уточнения оценок минувшего и настоящего, переинтерпретации разнообразных политических явлений. Однако политическое сознание не может быть выработано исключительно «книжным путем», без вступления человека в реальные политические отношения. Политическое мышление — не логическая, не умозрительная форма мышления. Его развитие зависит не столько от приращения специальных знаний, сколько от разнообразия форм политического участия граждан в реальных процессах политической конкуренции. Поэтому сужение возможностей для участия граждан в отправлении власти омертвляет политическое сознание и одновременно способствует деградации механизмов власти.

Сущность и функции политической идеологии

Либерализм и неолиберализм

Унаследовав ряд идей древнегреческих мыслителей Лукреция и Демокрита, либерализм как самостоятельное идеологическое течение сформировался на базе политической философии английских просветителей Дж. Локка, Т. Гоббса,

88 Лоренц К. Восемь смертных грехов цивилизованного человечества//Знание-сила, 1991. № 1.С. 27.

Дж. Милля, А. Смита в конце XVII—XVIII в. Связав свободу личности с уважением основополагающих прав человека, а также с системой частного владения, либерализм заложил в основу своей концепции идеалы свободной конкуренции, рынка, предпринимательства. Основополагающим критерием оценки развития общества стала свобода личности.

В соответствии с этими приоритетами ведущими политическими идеями либерализма были и остаются правовое равенство граждан, договорная природа государства, а также в более позднее время сформировавшееся убеждение о равноправии соперничающих в политике «профессиональных, экономических, религиозных, политических ассоциаций, ни одна из которых» не может иметь «морального превосходства и практического преобладания над другими»89. Причем, как подчеркивает И. Валлерстайн, если для социалистов главным в идеологических проектах была цель, а для консерваторов — торможение преобразований в соответствии с идеалами прошлого, то для либерализма, негативно относящегося к понятию «прогресс», наличию «общесоциальных» тенденций и «законов истории», важнейшим ориентиром было понимание ценности самого процесса жизни, убежденность в необходимости постепенности и рациональности изменений.

С момента своего возникновения либерализм отстаивал критическое отношение к государству, принципы высокой политической ответственности граждан, религиозную веротерпимость, плюрализм, идею конституционализма. Вместе с тем базовые ценности либерализма обусловили и его известную внутреннюю противоречивость. Так, на протяжении всей своей идейной эволюции либерализм на каждом повороте истории определял допустимую степень и характер государственного вмешательства в частную жизнь индивида. Постоянного уточнения и переосмысления требовали и вопросы совмещения преданности ценностям демократии и свободы с понятиями верности конкретному Отечеству. При этом, настаивая на незыблемой ценности прав человека, либеральная философия во многом игнорировала развитие его прав. Поэтому вместо реального, изменяющегося и зависимого от эволюции общества и культуры человека либерализм представлял его как носителя вечных и неизменных желаний. Пытаясь же освободить человека от пагубных страстей и влияния «прогресса» путем рационализации его жизни, делая рассудок главным инструментом человеческой жизни, либерализм превращался в излишне умозрительное учение.

Попытки решения этих вопросов привели к возникновению в либерализме многочисленных внутренних течений, в которых менялись представления о важнейших ориентирах и способах их реализации.

89 Coker F.-W. Pluralism//Encyclopedia of the Social Science. N.Y., 1934. Vol. 12. P. 171.

целей уже воплощено в западных странах. Она все больше приобретает характер не столько четкой программы, сколько мироощущения, мировоззрения, смысловых ориентаций более общего характера, в котором на первый план выходят его наиболее общие идеалы и культурные принципы. Эти основные ценности обусловили коренное изменение в массовых политических воззрениях во многих странах мира, легли в основу многих национальных идеологий, ориентиров неоконсерватизма и христианско-демократической идеологии. На либеральной основе развились многообразные теории политического участия, демократического элитизма и т.д. И видимо, эти грандиозные исторические изменения, вызванные влиянием либерально-демократических ценностей, позволили ряду зарубежных теоретиков (в частности, Ф. Фукуяме) предположить, что мировое сообщество уверенно движется к «концу истории», т.е. к универсализации государств, воплощающих принципы свободы и равенства граждан и потому способных решить все фундаментальные проблемы человеческого сообщества.

Однако, с другой стороны, в неолиберализме сохранились многие основополагающие идеи, которые со временем продемонстрировали серьезную ограниченность данной идеологии в изменяющихся условиях. К числу таких положений следует отнести: ориентацию по преимуществу на публичные виды человеческой жизнедеятельности (политическую активность, предприимчивость, свободу от предрассудков и т.п.), традиционное отношение к морали как к частному делу человека и негативное отношение к вере (что сужает отношения индивида и общества, провоцирует нарастание одиночества человека), враждебное отношение к интересам различных общностей (народу, нации, государству, партии и др.) как к «фикциям» (что способствует атомизации социума), определенную изоляцию от природы и других людей, эгоизм потребностей, автономию воли и разума и др. Такого рода идеи и положения не смогли дать ответы на вызовы времени, не позволили точно спрогнозировать ведущие тенденции развития позднеиндустриальных обществ. Более приспособленными для выработки таких ответов на вызовы современности оказались ценности консерватизма.

Социал-демократия

Наибольшее влияние на общественное сознание в XX в. (в основном в европейских странах) оказала социал-демократическая идеология,явившаяся ветвью социалистической идеологии, отколовшейся в начале века в связи с собственными оценками Первой мировой войны и большевист-

ской революции в России. На протяжении всего своего существования она отстаивала приоритеты социального и межгосударственного мира и связывала идеалы справедливого общественного устройства с принципами свободы и трудовой солидарности. Представления о постепенном реформировании буржуазного общества неразрывно соотносились в ее доктрине с отказом от классовой борьбы, с принципами народовластия, социальной защищенности тружеников и поощрением рабочего самоуправления. Проповедуемая социал-демократией концепция «социального партнерства» (заменившая и усовершенствовавшая концепцию классовой борьбы на принципах «свободы, солидарности и справедливости») в условиях стабильного политического развития стала весьма привлекательной программой политического движения. В доктрине социал-демократии большое место уделялось нравственно-этическим факторам общественного развития. Однако неосуществленность выдвигавшихся ими моделей «демократического социализма», трудности, связанные с реализацией идеи «государства всеобщего благоденствия», смена общественного строя в большинстве стран «реального социализма» и другие факторы негативно сказались на восприятии доктрины социал-демократии в мире.

Фашизм

Фашистскаяидеология, возникшая в 20-х гг. XIX в., стала одним из знаковых явлений XX столетия. Ее эволюция, способы влияния на политические отношения в разных странах также создали неоднозначное отношение к ней в политической науке.

Сегодня в политологии сложилось двоякое понимание фашизма. Одни ученые понимают под ним конкретные разновидности политических идеологий,сформировавшихся в Италии, Германии и Испании в 20-30-х гг. XX столетия и служивших популистским средством выхода этих стран из послевоенного кризиса. Родоначальником фашизма был лидер левого крыла итальянских социалистов в те годы Б. Муссолини. Его теория, базировавшаяся на элитарных идеях Платона, Гегеля и на концепции «органистского государства» (оправдывающей агрессивные действия властей во имя блага преданного ему населения), проповедовала крайний национализм, «безграничную волю» государства и элитарность его политических правителей, прославляла войну и экспансию.

Характерной разновидностью фашизма был и национал-социализм Гитлера (А. Шикльгрубера). Немецкая версия фашизма отличалась большей долей реакционного иррационализма («германский миф»), более высоким уровнем тоталитарной организации власти и откровенным расизмом. Использовав идеи расового превосходства А. Гобино, а также ряд положений философии И. Фихте, Г. Трейчке, А. Шопенгауэра и Ф. Ницше, теоретики германского фашизма построили свою идеологию на приоритете социальных и политических прав некоего мифи-

литаризма, вождизма и других черт этой агрессивной идеологии, чреватой разрушением цивилизованного облика общества.

Идеологический дискурс

Взаимодействие идеологий на политическом пространстве обозначается в науке понятием «идеологический дискурс». Причем идейные контакты разнообразных доктрин и программ, как правило, развиваются в двух направлениях. С одной стороны, идеологии прежде всего пытаются очертить отношения со своими наиболее ярыми противниками, контакты с которыми формируются на принципах дистанцирования, взаимной закрытости друг от друга и острой полемики. В конечном счете такой «диалоговый» режим дискурса ведет к усилению политической напряженности. С другой стороны, идейные контакты сторонников тех или иных идеологий с более приемлемыми по политическим соображениям конкурентами и партнерами предполагают возможность сближения и даже заимствования ими друг у друга тех или иных программных, теоретических положений, требований, лозунгов и т.д. Такие связи обогащают содержание идейных систем и в конечном счете предполагают синтезирование, объединение родственных или близких по духу доктрин, что не может не укреплять политическую стабильность и порядок в обществе.

Идеологический дискурс — явление многоуровневое. Так, в нем всегда присутствует полемика, выражающая наиболее общие тенденции борьбы тех или иных идей в духовной атмосфере всего человечества. Например, в XVII в. это был спор носителей суверенитетов (народа и короля); во второй половине XIX в., проходившей под знаком интенсивного формирования и развития индустриального общества, дискурс нес на себе явный отпечаток идейной конкуренции социалистической и либеральной идеологий. В настоящее время борьба традиционных и модернизируемых государств «укрупнило» акценты идейной дискуссии. Наряду с поощрением самых разнообразных идеологических споров главный водораздел время провело между идейными течениями, защищающими идеалы гуманизма, человечности и демократии, с одной стороны, и доктринами, оправдывающими насилие, физическое принуждение и террор как приоритетные методы достижения своих политических целей, — с другой.

Такое положение предопределило и соответствующую эволюцию идеологических систем: с одной стороны, сближаются политические доктрины либерализма, неоконсерватизма, социал-демократии, христианско-демократической идеологии и некоторых других, а с другой — одновременно нравственно и идейно объединяются фашистские, экстремистские, шовинистические, фундаменталистские, расистские и аналогичные учения. Таким образом, выравнивание понятий у приверженцев «гуманистических» идеологий в отношении прав человека, демократии, защиты моральных и семейных ценнос-

тей и ряда политических ценностей сочетается с распространением и оправданием терроризма и насилия как главных способов захвата и использования власти сторонниками иных политических идеалов.

В то же время характер идейного спора на глобальном уровне дискурса все большее влияние оказывает заметно усиливающий свои позиции технократизм, в принципе отрицающий способность социальных доктрин менять что-либо существенное в политическом мире. В качестве единственной силы он признает технику. Как считает, например, X. Шельски, демократия в обществе становится ненужной из-за увеличивающегося могущества техники, не нуждающейся в узаконении власти. Наряду с такими глобальными измерениями дискурса для него характерны и особенности идейной полемики, ведущейся на региональном уровне. Например, в группе устойчивых, стабильных государств демократической ориентации идеологические споры в основном касаются частичных разногласий по вопросам текущей политики. Поэтому острота дискурса здесь невелика, а роль идеологий минимизируется. В странах же, в которых только еще идет процесс национальной консолидации или определяются пути дальнейшего развития государства, дискурс наполнен острыми спорами национальных идеологий, либеральных и социалистических воззрений.

И наконец, третьим уровнем дискурса являются споры между ведущими доктринами в рамках одной страны. Здесь проявляется вся специфика политической палитры властных отношений. Например, в России такое страновое наполнение дискурса обеспечивает полемика представителей трех основных доктрин: социалистической, националистической и либерально-демократической. От характера этого идеологического соперничества непосредственно зависят и темпы реформирования, и определение будущего нашей страны.

Феномен толпы

Важнейшей особенностью политической психологии является и ее способность формировать различные политические субъекты, прежде всего «массы» и «толпы», осуществляющие такие акции, как бунты, революции, митинги, шествия, восстания, захват зданий и т.д. Так, известный ученый Э. Канетти связывает возникновение массы с растущими у людей чувствами солидарности и страха, «втягивающими в себя вся и всех»101. Сугубо психическими основами обладает и толпа, в которую превращается группа людей в силу совместно испытыва-

101 Канетти Э. Масса//Психология масс. Хрестоматия. Самара, 1998. С. 317.

один. В толпе же он менее склонен обуздывать эти инстинкты, так как толпа анонимна и потому не несет на себе ответственности»103. Как показали специалисты, эволюция толпы имеетдвоякий характер: она осуществляется через развитие духовных связей между людьми и путем возникновения внутренних структур на основе иерархичности. Наполнение человеческих отношений в толпе различными идеями делает ее то «выжидающей, внимающей, манифестирующей», то «действующей» (Г. Тард), то агрессивной (обладающей целью и реализующей ее на основании порыва), то «танцующей» (превращающейся в бесцельное собрание) (Г. Блумер). В то же время организация и иерархиизация толпы, выстраивание в ней определенных внутренних связей превращает ее в разновидность корпорации (например, группу добровольцев, самоорганизующихся для отпора захватчикам, партизанское движение, мафию, террористическую структуру и т.д.).

Политические настроения

У политической психологии помимо устойчивых есть и более или менее динамичные элементы, одними из которых являются политические настроения.По сути дела они выступают какэмоционально-чувственная оценка населением степени удовлетворения (неудовлетворенности) своих ожиданий и притязаний в рамках существующего режима и господства определенных ценностей.Иными словами, будучи показателем нервно-психического напряжения, настроения представляют собой сигнальную реакцию, выражающую ту или иную степень несовпадения человеческих потребностей с конкретными возможностями людей и условиями их жизни и деятельности. Такая форма переживания своих потребностей предваряет осмысление людьми проблем, является непосредственной предпосылкой возникновения, формирования умонастроений, мнений, политических позиций.

Благодаря своему характеру, настроения целиком и полностью зависят как от внешних условий(когда, например, человеческие притязания резко спадают в результате изменения ситуации, не полностью удовлетворившей их или заставившей людей понять всю беспочвенность притязаний), так и от состояния самого субъекта.В последнем случае люди могут не снижать интенсивность своих надежд даже в результате множественных неудач. Они могут отрицать даже явные причины неуспеха, продолжая верить и добиваться своих целей. Политические настроения в таком случае становятся мощным источником политической воли, которая стремится достичь определенных

сталлизуются и рационализируются в определенных политических образах и требованиях, ведут к пониманию причин своего недовольства. На стадии подъемавыделяются доминантные настроения, которые, распространяясь вширь, формируют массу людей, достигших такой степени усиления чувств, которая требует немедленного действия, реализации настроений. Стадия отливавыражает эмоциональный спад, возникающий в результате подлинного или мнимого удовлетворения настроений. При этом пассивность иногда становится не только следствием удовлетворения, разрешения настроений, но и понимания безысходности. Повторяясь, этот цикл придает динамике настроений вид синусоиды: за подъемом ожиданий следует разочарование, затем упадок снова сменяется подъемом и т.д.

Понимая важность настроений, политические режимы пытаются не только прогнозировать их динамику, но и управлять ими. Инициирование нужных властям настроений чаще всего осуществляется при помощи сложных манипуляций, специфического информирования и дезинформации населения. Например, власти нередко создают «климат завышенных ожиданий», демонстрируя искренность взаимоотношений с населением, или поощряют распространение мифов, создающих у общественности нужные им политические образы. Особенно ярко стремление использовать настроения в своих политических целях наблюдается во время выборов, когда обещания партий и лидеров нередко переходят все рамки реально возможного. Еще более разнообразны и противоречивы настроения в переходных условиях, когда в них объединяются не только надежды на лучшее будущее, но и негативизм, ностальгия по прошлому и другие разноречивые чувства и эмоции.

Политическое поведение

Типы политической культуры

Политическая социализация

РАЗДЕЛ VI. НЕИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ